Русская весна на Юго-Востоке Украини напоминает восстание сербов в областях Сербской Крайны в нынешней Хорватии в 1991 году. Когда в 1990 году новоизбраные власти Социалистической Республики Хорватия, тогда еще части федерального Югославского государства, на основании права «самоопределения» провозгласила независимость в отношении Югославии, сербы в своих областях воспользовались таким же правом и хотели остаться в федеральных рамках, не входя в состав нового сформированного государства, которое сразу отняло у них статус конституционно-образующего народа. На первых многопартийних выборах 22 апреля 1990 года в хорватской части Югославской федерации, победила партия хорватских националистов, вернее неонацистов, Хрватска демократска заједница (ХДЗ, по русски — Хорватское демократическое общество). Сразу после их победы начались угрозы в сторону сербов. Вернулась фашистская иконография хорватского нацисткого государства 1941 – 1945 гг., так называемая НДХ (Независимая Держава Хорватия) слуга Гитлерской Германии, был принят их старый флаг, снова дали старое имя деньгам, названия чинов в армии, гимн НДХ стал гимном Хорватии и т.д. Одним словом, ХДЗ полностью вернула всю нацисткую символику, которая в большой степени и сегодня в Хорватии не изменилась. Параллельно с символикой началось нелегальное вооружение и формирование военизированных боевиков, и начался организованный шантаж сербсого населения, изгнания сербов с работы, сербских детей из школ, нацистские граффити и лозунги, такие как «србе на врбе», и первые случаи убийств сербов в их домах. Но полномасштабной войны еще не было.
Современные события (1991 года) заставило сербов вспомнить ужасы Второй мировой войны, когда усташи (хорватские бандеровцы), устроили геноцид над ними, убив почти миллион сербов на территории под своим контроем. Сербы Крайны поставили блокпосты в своих областях и провозгласили Республику Сербскую Крайну. Так что то, что сегодня мы можем наблюдать в Луганске, Донецке, Славянске, Одессе и Харькове сербам очень знакомо. Интересный факт, что в нынешней Луганской области в 18 веке сербским военным именно из Сербской Крайны (территория нынешней Хорватия) императрица Елизавета Петровна позволила сформировать Славяносербию (Луганская и Донецкая область) с центром в городке Славяносербск и Новую Сербию (Кировоградская область) с центром в Новомиргороде. Тогда сербы стали военными защитниками, крайишниками (украинцами) Российской Империи. В неких политических, журналистских и даже научных кругах на Западе, сегодня к 100-летию начала Первой мировой войны, стало модно обвинять сербов за разжигание этой войны. Не удивлюсь, если и потомков сербов и русских в Луганске и Донецке снова и в этот раз кто-то обвинит в провоцировании вооруженных столкновений.
Шутки в сторону, но то, что недавно непризнаный президент Украины Александр Турчинов призвал к военному наступлению на русские области очень схоже с поступком президента Хорватии Франя Туджнама в 1991 году. А поведение СМИ Киева схоже с выходками Загреба 1991 года. Хорватские СМИ, как легко предположить, сербов на баррикадах называла «сербскими террористами», так же, как и сегодня Киевские СМИ называют русских людей Юго-Востока.
Хорватские спецназовцы вторглись в сербский городок Пакрац 2 марта 1991 г. и заняли станцию милиции, разоружая сербов милиционеров. Получив этот опыт, сербы решили не позволить ему повториться. Прошло не много времени, и президент Хорватии Туджман отправил свои силы, членов милиции хорватской национальности и представителей военизированной нерегулярной единицы «Сбор народной гвардии» (срб. Збор народне гарде) в места с сербским населением: Пакрац, Плитвице, Задар и Борово село. Хорвати 31 марта 1991 г. отправили нескольких автобусов с боевиками в сторону Плитвичких озер, с задачей установить новую власть, которая была бы лояльна профашистким властям в Загребе. Сербы в этот раз были готовы их встретить и тогда пали первые жертвы, именно тогда и состоялись первые большие столкновения и пролилась кровь в Югославской бойне. События эти, то есть десант хорватских нерегулярных групп и частей милиции 31 марта 1991 г. получили название «кровавая пасха». Война длилась 4 года, сербы Крайны держались, пока их не предал Слободан Милошевич из Белграда. Результат предательства был в саботаже обороны изнутри во время главной атаки снаружи. В конечном итоге в 1995 г. сербы были изгнаны хорватскими силами с помощью американских контрактников компании MPRI (Military personel recources incorporated) из Сербской Крайны, земли, на которой до этого они жили веками.
Возвращаясь к истории в формате zip на Украине, история, как уже было сказано, не повторяется никогда точно в такой же форме. Хотя события схожи на первый взгляд, их сущность совсем другая. Во-первых, Украина и Россия — не Хорватия и Сербия в Югославии из 1991 г., Турчинов — не Туджман, Путин — не Милошевич, а отношение сил в мире во всех областях, начиная с экономики и военной силы, а заканчивая мягкой силой и СМИ, уже совсем другие в 2014 г. по сравнению в 1991 г.
Чего тогда реального в нынешней ситуации может добиться между собой рассорившаяся, безденежная и безыдейная власть в Киеве? Какой был результат громких угроз и заявлений Турчинова, одетого в военную форму, в которой он больше похож на карикатурную смесь военного резервиста и латиноамериканского диктатора 1970-х годов, чем на серьезного государя? Результатом был полный провал «карательной экспедиции» Киева. Солдаты украинской армии полностью не мотивированы воевать с собственным народом либо симулировали военные действия, либо сдавали оружие повстанцам Юго-Востока, либо даже переходили на их сторону. Кровь пролилась, и нет гарантии что это не повторится. Но, тем не менее, события первого дня так называемой «антитерористической кампании» можно только назвать полным провалом государственной и силовой системы власти Киева. Ведь основные западные СМИ не вещали бы больше о пропавшем еще в начале марта 2014 г. малайзийском самолете и судебном процессе над спортсменом Оскаром Писториосом, чем о событиях на Украине. Киевская власть в военном смысле сегодня может только положиться на крайне нацистские силы, и добиться она таким подходом может только безрезультатного (больше или меньше), кровопролития. Но никаких стратегических результатов такая резня не дала бы. Наоборот, она была бы отличным алиби для гуманитарной интервенции со стороны Москвы, например.
Украинские власти довели себя в такой тупик, прежде всего, по двум причинам. Первая причина — это их большие обещания, которые во время протестов давали протестующему на Майдане народу, подняв тем аппетиты своих сторонников, а прежде, всех украинских экстремистов и неонацистов. Второе, их обещания полностью были поддержаны высокопоставленными официальными лицами из ЕС и США. Эти обещания не только убедили народ на Майдане, что за ночь закончится коррупция, а их карманы наполнятся евро, что все они будут ездить по Европе с новыми биометрическими паспортами, а даже поверили, что если Россия и подумает как-то вмешаться, то Запад из-за «европейских ценностей» на Украине вступит в полномасштабную термоядерную войну с Россией. Странно звучит, что кто-то бы поверил в такой сценарий, но коллективный психоз доводит и нормальных людей до состояния коллективной веры в самые невероятные события. И это далеко не первый такой случай в истории. Вспомним только 1956 год и венгерскую революцию. Все время перед восстанием против местной коммунистической партии и доминацией СССР в Венгрии, народ Будапешта слушал вещание радио Свободной Европы на венгерском языке. Во все время восстания радио вещало, что в случае вторжения войск СССР на территорию Венгрии НАТО сразу ответит, вступив в войну с СССР из-за Венгрии. Когда восстание было подавлено силой, конечно, американцы и их союзники не рискнули жизнью ни одного своего солдата за один народ, находившийся в коммунистическом лагере.
Смотря на события последних дней, я думаю, что мы живем в переломном времени. Может быть, моя оценка слишком смелая, и ближайшее время расставит все на свои места. Но результаты столкновения Москвы и Вашингтона на Украине определит то, в каком мире мы будем жить в ближайшие десятилетия. Оранжевая фаза на Украине закончилась, а если Россия обретет действительную победу, на пороге которой она сегодня находится, мировая эпидемия перманентных неотроцкистких цветных революций тоже закончится. Как бы странно не звучало, для Украины Майдан — уже древняя история, и так бывает тогда, когда история на столько ускорена, сколько в формте zip. А мы, все остальные люди мира, живем в совершенно новой динамике международных событий и наши судьбы тоже в большой степени будут определены результатом противостояния на Украине.