Космическая одиссея — путешествие к другим планетам — Orbiter

Был такой фильм от BBC: Космическая одиссея — путешествие к другим планетам.
Вот я и подумал, что было бы неплохо повторить ту миссию.
Даже несмотря на жуткую корявость орбитера и его аддонов это все-таки интересно (хоть иногда приходится и хитрить).

Итак, начнем.

Наше призвание — открывать дальние рубежи космоса.
В прошлом веке были сделаны первые шаги на Луне, теперь мы готовы совершить новый прорыв. Мы расскажем о полетах пилотируемых кораблей к другим планетам. Это новый вызов и невероятное приключение.
Знания, накопленные за сорок лет работы беспилотных зондов и полётов людей, показывают, как наука помогает узнавать больше о нашей планете и о внеземных формах жизни. Ни одно государство не может осилить в одиночку такой проект.
Полет человека к другим планетам — глобальная задача, но мечта миллиардов — в руках всего пяти астронавтов. Они представляют разные науки: инженерное искусство, медицину, геологию и аэронавтику. Это пять ученых-астронавтов, к этому заданию они готовились почти всю свою взрослую жизнь. Путешествие начнётся с Венеры. Она ближайшая соседка Земли, но ничем на неё не похожа.Венера — самая враждебная планета в Солнечной системе. Двое членов команды попытаются приземлиться на её раскаленной поверхности. Сильные электростатические бури со скоростью более трёхсот километров в час, облака соляной и серной кислоты.
Раскаленная поверхность, на которой никогда не идет дождь. В сущности, они полетят в ад. Венера постоянно окружена облаками, и они первыми увидят её поверхность. Венера покрыта лавой сравнительно недавнего происхождения. Но мы не наблюдали извержений, тогда в чем же дело?
Команда будет выполнять поставленную задачу — поиск любых признаков жизни, даже в кислотных бурях Венеры. Есть тонкий слой на глубине сорока пяти километров. Температура и давление там достаточно низки, чтобы микроорганизмы могли существовать под слоем серы.
Никто не думал, что можно обнаружить жизнь в серных источниках на Земле. Если жизнь в таких условиях есть у нас, то вполне может и на Венере?

Это “Пегас” — космический корабль с ядерным двигателем. Их дом на целых шесть лет. Оазис жизни в безвоздушном пространстве. Все осознают риск. Нет гарантии, что все вернутся.

— Выводим корабль на орбиту Венеры.
— С Богом, “Пегас”.
Тысячи людей с Земли помогают пяти астронавтам. Во главе — Центр Управления Полетами. Он жизненно необходим для успеха и выживания команды. За всё отвечает руководитель полёта. Все манёвры проводит ответственный за движение корабля. Врач следит за состоянием здоровья команды, когда они проводят эксперименты, предусмотренные научным руководителем. Все рекомендации передаются на “Пегас” по прямой связи.
Шесть недель в пути, и “Пегас” на орбите Венеры, готов высадить спускаемый аппарат “Орфей” на раскалённую поверхность.

— Фантастический вид, Ларри, жаль, что ты не здесь.
— Завидую тебе, Том.
— “Пегас”, готовьте “Орфей” к спуску.
Температура на поверхности расплавляет свинец, а давление может раздавить подводную лодку. Поэтому спускаемый аппарат выдержит не больше двух часов.
— Отсек открыт.
— Понятно.

К работе на Венере нужно относиться очень серьёзно: ты высаживаешься, быстро проводишь эксперимент и улетаешь.
— Параметры для манёвра снижения и прогноз на следующий сеанс связи. Приступаем.
Григорьев и Лесард будут первыми людьми на Венере, но не первыми её гостями.
Советский Союз в 50-80-е годы в рамках программы “Венера” высадил на планету восемь зондов. Зонды выдерживают температуру и давление достаточно долго, чтобы приземлиться и передать первые снимки с планеты. Последний — “Венера — 14″ был высажен в 1982 году. Наши русские коллеги хотят узнать, что от от него осталось.
— Мой дед работал над “Венерой — 14″. Это было огромное разочарование: при посадке объектив камеры уперся прямо в почву, которая блокировала его крышку. Был получен лишь один снимок, прежде чем камера расплавилась. Зонд не достиг поверхности.
— Системы в норме. Мы готовы к отстыковке.
— “Орфей”, вылетайте через передний док.

— Картинка устойчивая. Скорость движения — пять метров в секунду. Силовая установка в норме.
— Высота в норме.
— Всё в порядке, “Орфей”. Входим в атмосферу через минуту. Максимальное ускорение через десять секунд. Отключение сигнала через пять…
— Двадцать пять тысяч километров в час, температура теплового щита — тысяча восемьсот градусов.
— Переключаемся на четвёртый канал.

— “Орфей”, ответьте “Пегасу”, “Орфей”, ответьте “Пегасу”, приём…
— Когда будет связь?
— Две минуты…
— “Орфей”, ответьте “Пегасу”. “Орфей”, ответьте “Пегасу”.
— Передатчик в норме?
— Подтверждаю.
— В секунду давление возрастает вчетверо. Обе системы управления в норме.

— Ветер усиливается, “Орфей”, внимание: вас сносит к западу.
— Небольшое отклонение к востоку.
— Что это за вспышки?
— Да, понял тебя, мы видели одну из них.
— Концентрация серы выше прогноза. Произошло извержение. Я вижу поверхность. Я вижу… Она под нами, именно такая, как на радаре…

— Недолёт — три метра к югу.
— Как давление в кабине?
— Давление в норме.
— Продолжаем?
— У вас всё хорошо, “Орфей”. Оставайтесь на Венере.
— “Орфей” совершил посадку.

— На экране “Венера — 14″.
— До неё — 236 метров.
— Она невероятно деформирована.

— Отключилась внешняя камера.
— Взорвалась под давлением. Сделаны первые шаги? Комментарии? Камера Один закреплена на поверхности.
— Вы принимаете это, “Орфей”? Похоже на московский день. Везде яркий свет — оранжевый.
— Красиво. Не останавливайся.
— Не могу сказать, где Солнце. Здесь нет тени.
— Мы наслаждаемся видом, но осталось всего четыре минуты.
— Сейсмические датчики фиксируют активность.
— Не придавайте значения — это из-за шагов Ивана.
— Его сердцебиение выше, чем во время подготовки. Его нужно снизить. Иначе он не выдержит эксперимент.
— Хорошо. Сейсмическая сеть установлена. Удивительное место. Трудно судить о расстоянии. Атмосфера настолько плотная — будто смотришь сквозь воду.
— “Орфей”, передайте ему: пусть оставит камеру и продолжает.
— “Орфей”, как поняли?
— Включилась аварийная лампа. Попробуйте навести камеру. У меня выключился компьютер. Иван, ты не успеваешь. Двигайся дальше. Здесь еще надо кое-что сделать, но не будем засиживаться.
— Да, согласен. Посмотрим, что удалось “Венере”.
— “Пегас” — “Орфею”: скажите ему, пусть поторопится, путь туда и обратно — 450 метров.
— Не меньше пятидесяти метров. Трудно соображать в таком тумане. Кажется, она еще цела.
— Прошло двадцать восемь минут. Температура скафандра выше, чем предполагалось, сердцебиение высокое.

— Поверхность поражена коррозией. Немного запылена. И покрыта вмятинами. Но еще прочная.
— Есть что-нибудь общее с…
— Русский робот одолел Венеру. Роботы могут быть крепче нас, но мы с ними совершаем разные ошибки.
— Начинаем второй метеорологический эксперимент. Двигайся прямо, возьми глубинный образец.
— Да, Джон согласен, подтверждаем.
— Почему мы не предлагаем ему закончить с “Венерой” и вернуться на “Орфей”?
— Понял. Он поднимается назад к “Орфею”, его сердцебиение очень высоко. Нужна передышка. Сила тяжести убьёт его, если он не отдохнет.
— Забудь об этом, Джон. Он должен идти.
— “Пегас” — “Орфею”: скорректируем план подъёма.
— Он страдает от перегрева. Отстаём на четыре минуты.
— Можем проверить её сообщения. Не будем ухудшать ситуацию догадками.
— Хорошо, работаем.
— Температура в кабине двадцать два градуса.
— Готовься к пуску.
— Сердцебиение — сто восемьдесят шесть.
— Начинаем диагностику. Температура скафандра — тридцать два градуса. Иван, пора лететь. Неполадки… Нет, в норме.

— Давление в норме. Что происходит?
— Ветер прижал её к поверхности.
— Нина?
— Мы потеряли камеру 3.
— Он внутри. Охладители включены.
— Температура в шлюзе падает: сто пятьдесят градусов, семьдесят градусов, двадцать градусов.
— Можно отключить воздушное управление?
— Давление выровнялось. Начинаем подъём. К запуску готовы. Убираем аэро-шпиль. Отрыв. Минута до максимального сигнала.

— Берем курс на стыковку. Хорошо, он твой.
— Пять метров… сближаемся… два метра.
— Мы целы?
— Да. Да. “Пегас” сработал отлично. Добро пожаловать домой.

Выжившая в адской жаре Венеры команда “Пегаса” на личном опыте испытала, какие могут быть условия на другой планете.
— Направление — Марс, температура в норме, хладагент 36 фунтов на квадратный дюйм, камера сгорания готова. Все системы работают.
— Скажите им, пусть начинают.

Продолжение следует…