Sign in to follow this  
Followers 0
  • entries
    3
  • comments
    13
  • views
    7063

Entries in this blog

Юрик

...и в первый же день работы начались нравственные мучения.

Вроде бы работы для меня нет. Оба занятых на сегодня CRJ благополучно улетели. Читай журналы, смотри телевизор, пролистывай длинную речь Президента в свежем номере "СБ".

Но с другой стороны. Иногда мимо тебя пробегают работающие, занятые люди. Иногда- потные, грязные и злые. А ты вроде как соскучился по работе. И было бы даже здорово сделать что-то общественно полезное- хоть колесо поменять, что-ли. Ах ты чёрт, вот только что поменяли колесо без меня. Или всё-таки... идите вы все. Тут тепло и тихо, а там мороз и ветер. Твой самолёт исправен, улетел в рейс- вот и радуйся. Вливаться в работу после отпуска надо плааавненько, начиная с журналов и чая с вафельками.

И тут в мои нравственные шатания вплыла весть о тормозе. На одном из CRJ тормоз вплотную подошёл к пределу износа, и вроде бы его пора менять, но как-то ещё не совсем пора, по всем документам ещё мог бы и полетать, но...

-Если мы не сделаем это сейчас- он нам достанется ночью.

Минус 16 и сильный ветер. Надеваю всё возможные свитера, натягиваю "шапку террориста", застёгиваю на все застёжки тяжёлый бушлат. Тот самый самолёт только что сел, заруливает на стоянку, и вот уже из машины техпомощи для меня выгружают свеженький тормоз, ящик инструмента и большую пустую картонную коробку, вроде как от телевизора. Я разорву её на прямоугольники- для возлежания на ней во время предстоящих работ. Всё-таки не на голом бетоне.

Вперёд! Предохранительные штыри в стойки воткнуты, домкрат под колесом уже качает... И тут на стоянку вкатывается Универсальный Моторный Подогреватель- машина, дующая горячим воздухом. Отлично, мне не грозит смерть под крылом CRJ! Разматываю длинные брезентовые рукава, направляю один на колесо, другой себе под задницу.

Машина начинает дуть. Напор воздуха из неё такой, что можно двигать гаечные ключи по бетону, и температура такая, что потом к этому ключу не притронуться. Отлично, это Машина Номер Один зимой!

Снять колесо на CRJ- дело пяти минут. Самолёт только что прилетел, и тормоз ещё ощутимо горячий. И вот оно, самое интересное- пять болтов, которыми "бутерброд" тормозных дисков крепится к ноге шасси. Доступ к этим болтам такой, что за время отворачивания успеваешь пройти солидный практический курс Камасутры. Вот этот отврачивается только снизу, этот только сзади, а вот тут надо обнять тормоз, и тянуууться воон в ту дырочку. При этом надо ещё и как-то равномерно перемещаться между горячим ревущим потоком из рукава УМП и могучими порывами морозного ветра. Находиться долго в чём-то одном неприятно, хе-хе.

Рраз! Вдвоём с напарником и инструктором дядей Славой набрасываем 50-килограммовую болванку свеженького тормоза на ось. Теперь работа только для тех, у кого узкие длинные пальцы, т.е. для меня. Надо снять перчатки. Аккуратно хватать болт и пытаться попасть им куда надо, пока дядя Слава держит тормоз на весу, в сантиметре над моими пальцами. Есть один, есть ещё один, отпускай!

Теперь ещё один сеанс Камасутры. Заворачиваем. Первый, второй, другой ключ, третий, четвёртый. Ещё другой ключ. Пятый.

Тут УМП вызывают туда, где он нужен для более важного дела, чем ошпаривать задницы двум техникам. Ну, как-нибудь выживем, основное уже позади. Присоединяем гидравлику, прикручиваем провод датчика температуры. Набрасываем колесо. Клацает динамометрический ключ. Последние три маленьких болтика на колпаке колеса. Опускай! Домкрат расслабляется, колесо приземляется на бетон. Убираем со стоянки инструмент и старый тормоз, на специальную площадку, откуда это всё заберёт машина.

А вот теперь предстоит самая неприятня часть работы. Бумажная. Номер снятого тормоза. Номер установленного. Описание дефекта, описание работы. In accordance с главой такой-то раздела 32 АММ. Подпись. Подпись. Ещё 2 подписи. Номер лицензии. О, ещё и тут две подписи. Эту бумагу пилотам, эту- механикам. Это вот прикрепить скрепкой к странице бортжурнала. Вроде всё.

О, вот уже и пассажиры пошли.

Юрик

Ан-124-100

Сегодня ночью мне довелось побывать внутри "Руслана". В грузовом отсеке и в кабине пилотов.

И знаете что? Я очень впечатлён. У меня всё внутри вибрировало, примерно так же, как двадцать лет назад, когда мы шли с мамой по перрону к трапу Ту-134, который собирался унести нас к Чёрному морю.

Верхняя палуба "Руслана" напоминает то-ли советские фильмы про героев-подводников, то-ли телерепортажи с международной космической станции. Атмосферу героизма и величия смягчал разве что густой "кухонный" запах жареной картошки, висевший среди тесных металлических коридоров и лесенок.

И знаете что? Если бы я долго и тесно контактировал с этим самолётом, не говоря уже о том, чтобы летать на нём- то я был бы сильнейшим классическим поцреотом Родины. Я бы с пеной у рта доказывал целесообразность экипажа из 14 (!) человек, я бы горой стоял за метровую систему эшелонов, я бы сыпал проклятиями в адрес английского языка и мерзких "бобиков" с "арбузами", я бы души не чаял в авионике, похожей на увеличенный в тысячу раз телевизор "Горизонт-206". Я был бы коленопреклонённым адептом "былых похеренных достижений". Допустим, на этом сайте меня бы заминусили и забанили за оскорбления и эмоции, но на меня бы это не повлияло никак. Потому что, знаете ли, это всё очень внушает, когда видишь это рядом и изнутри.

Юрик

Зарисовка

По заснеженному перрону к прибывшему из Шереметьево А320 подъезжают два автобуса, чтобы забрать пассажиров.

Пассажиров много, полный самолёт. Они идут по трапу так долго, что даже не верится, что все они помещались в этом самолёте.

Перед трапом гостеприимно урчат, открыв двери, два одинаковых автобуса. И толпа пассажиров идёт в один. И опять в один. И снова в один. Постепенно один автобус забивается, а второй- светится пустотой, как аквариум. Стюардесса, стоящая у трапа, начинает улыбчиво жестикулировать в сторону второго автобуса. Пассажиры скользят по ней взглядом, потом- глядят на два автобуса, и решительно движутся в тот, который уже набит, плотно подпирая друг друга спинами, животами и сумками.

Последней из самолёта выскакивает девочка в короткой юбочке, с маленьким рюкзачком. Не раздумывая, бежит в сторону набитого автобуса, с разбегу впечатывается внутрь, повисая на уже не влезающей в двери толпе. Закрывающиеся двери автобуса вдавливают её в салон, утрамбовывая массу. Второй автобус тоже закрывает двери, и два розовых МАЗ-а урчат вдаль по перрону. Когда второй, светящийся люминисцентной пустотой автобус проезжает мимо меня- я замечаю, что в него всё же вошёл один человек.

Sign in to follow this  
Followers 0